Образ девушки, взращивающей любовь со страниц классических произведений
По тому, с какой детальностью и скрупулезностью раскрываются образы этих женщин мы понимаем, что писатели действительно любят их в своих произведениях. Но самое главное, что образы этих женщин сильно похожи между собой, обладают схожими чертами, привычками и поведением. При чем сходство черт в образе такой женщины мы видим у разных писателей – Толстого и Достоевского. Я хочу несколько раскрыть образ этих влюбляющих в себя, притягательных женщин, по двум причинам:
Первое – это потому, что раз великие классики обращали такое внимание данному типу женщин, то значит, они считали это очень важным.Второе – это тот факт, что этот образ не выдумка. В нашей с вами реальной жизни эти девушки и женщины встречаются. Мы узнаем их, потому что в них есть нечто притягательное, что-то влекущее в выражении их лица, взгляда. Эти женщины очень интересны людям.Для начала, хочу обратить внимание на то, как авторы старательно описывают своих женщин в произведениях. Начну с произведения «Идиот» Достоевского, там Настасья Филипповна, настоящая красавица, очень энергичная, живущая активной жизнью женщина, и влюбляющая в себя мужчин на протяжении всего романа. С детства сирота, она была усыновлена одним из высочайших чинов Петербурга и воспитана в деревне лучшими, выписанными из-за рубежа, учителями. По достижению совершеннолетнего возраста она переезжает в столицу, и там очень быстро ставит весь свет «на уши».
Вот как писатель описывает её: «на портрете была изображена действительно необыкновенной красоты женщина. Она была сфотографирована в черном шелковом платье, чрезвычайно простого и изящного фасона; волосы, по-видимому темно-русые, были убраны просто, по-домашнему; глаза темные, глубокие, лоб задумчивый; выражение лица страстное и как бы высокомерное. Она была несколько худа лицом, может быть, и бледна».
Кадр из кинофмильма "Идиот". Портрет Настасьи Филлиповны
Но главное, это её поведение в романе. Она осознает свою привлекательность, очень самоуверенна, раскована. Именно своим поведением она вызывает чувство любви и симпатии к своей персоне, поскольку ничто нас так сильно не манит, как чувство загадочности, таинственности. И вот никто в романе не мог даже предположить, что она сделает в следующий момент.
В другом романе Достоевский пишет о другой женщине – Аграфене Александровне – её нельзя назвать безусловной красавицей, но в ней опять есть те же самые черты, выражающиеся в её поведении. Это и пластика движений, это притягательный, обворожительный взгляд. Это самоуверенность, раскованность, осознание своей привлекательности. И это снова какая-то загадочность и таинственность.
Грушенька, иллюстранция к роману Ф.М. Достоевского "Братья Карамазовы"
Это самое фантастическое из фантастических созданий, как описывает её Катерина Ивановна. Хороша она была очень, очень даже, - русская красота, так многими до страсти любимая. Это была довольно высокого роста женщина, несколько пониже, однако Катерины Ивановны, полая, с мягкими, как бы неслышными даже движениями тела, как бы тоже изнеженными до какой-то особенной слащавой выделки, как и голос ее. Она подошла не как Катерина Ивановна – мощною бодрою походкой; напротив, неслышно. Ноги её на полу совсем не было слышно. Она была бела лицом, с высоким бледно-розовым оттенком румянца. Очертание лица ее было как бы слишком широко, а нижняя челюсть выходила даже капельку вперед. Верхняя губа была тонка, а нижняя, несколько выдававшаяся, была вдвое полнее и как бы припухла. Но чудеснейшие, обильнейшие темно-русые волосы, темные соболиные брови и прелестные серо-голубые глаза с длинными ресницами заставили бы непременно самого равнодушного и рассеянного человека, даже где-нибудь в толпе, на гулянье, в давке, вдруг остановиться пред этим лицом и надолго запомнить его. Алешу поразило всего более в этом лице его детское, простодушное выражение. Она глядела как дитя, радовалась чему-то как дитя, она именно подошла к столу, «радуясь» и как бы сейчас чего-то ожидая с самым детским нетерпеливым и доверчивым любопытством. Взгляд ее веселил душу – Алеша это почувствовал. Было и еще что-то в ней, о чем он не мог или не сумел бы дать отчет, но что, может быть, и ему сказалось бессознательно, именно опять-таки эта мягкость, нежность движений тела, эта кошачья неслышность этих движений.
То есть и здесь писатель делает акцент не на внешности женщины, а на каком-то особенном её внутреннем состоянии. На том, которое дает ей так весело и простодушно, с детским нетерпеливым и доверчивым любопытством смотреть в глаза, веселя душу. Такой взгляд неизбежно проникает очень глубоко в душу человека, и этим выбывает неподдельный интерес к этой девушке.
С очень похожим женским образом мы встречаемся в романе Льва Толстого – Анна Каренина. Писатель впервые знакомит нас с Анной во время первой её встречи с Вронским: «Вронский пошел за кондуктором в вагон и при входе в отделение остановился, чтобы дать дорогу выходившей даме. С привычным тактом светского человека, по одному взгляду на внешность этой дамы, Вронский определил ее принадлежность к высшему свету. Он извинился и пошел было в вагон, но почувствовал необходимость еще раз взглянуть на нее – не потому, что она была очень красива, не по тому изяществу и скромной грации, которые видны были во всей ее фигуре, но потому, что в выражении миловидного лица, когда она прошла мимо его, было что-то особенно ласковое и нежное. Когда он оглянулся, она тоже повернула голову. Блестящие, казавшиеся темными от густых ресниц, серые глаза дружелюбно, внимательно остановились на его лице, как будто она признавала его, и тотчас же перенеслись на проходившую мимо толпу, как бы ища кого-то. В этом коротком взгляде Вронский успел заметить сдержанную оживленность, которая играла в ее лице и порхала между блестящими глазами и чуть заметной улыбкой, изгибавшею ее румяные губы. Как будто избыток чего-то так переполнял ее существо, что мимо ее воли выражался то в блеске взгляда, то в улыбке. Она потушила свет в глазах, но он светился против ее воли в чуть заметной улыбке.
Кадр из фильма "Анна Каренина"
Мы видим, что Толстой обращает особое внимание на внутреннее состояние девушки, которое выражается «между взглядом и улыбкой». «Свет, который светился против её воли в чуть заметной улыбке».
Писатель так же описывает изящество её движений: «Но Каренина не дождалась брата, а, увидав его, решительным легким шагом вышла из вагона. И, как только брат подошел к ней, она движением, поразившим Вронского своею решительностью и грацией, обхватила брата левою рукой за шею, быстро притянула к себе и крепко поцеловала. Вронский, не спуская глаз, смотрел на нее и, сам не зная чему, улыбался».Анна Каренина на всех производит приятное и удивляющее впечатление. Во многих ей удается возбудить чувство влюбленности к себе. Вот как описывает Анну писатель уже в конце романа, во время первой ее встречи с Левиным.
Другая лампа-рефрактор горела на стене и освещала большой во весь рост портрет женщины, на который Левин невольно обратил внимание. Это был портрет Анны, деланный в Италии Михайловым. Левин смотрел на портрет, в блестящем освещении выступавший из рамы, и не мог оторваться от него. Он даже забыл, где был, и, не слушая того, что говорилось, не спускал глаз с удивительного портрета. Это была не картина, а живая прелестная женщина с черными вьющимися волосами, обнаженными плечами и руками и задумчивою полуулыбкой на покрытых нежным пушком губах, победительно и нежно смотревшая на него смущавшими его глазами. Только потому она была не живая, что она была красивее, чем может быть живая.
- Я очень рада, - услыхал он вдруг подле себя голос, очевидно обращенный к нему, голос той самой женщины, которою он любовался на портрете. Анна вышла ему навстречу из-за трельяжа, и Левин увидел в полусвете кабинета ту самую женщину портрета в темном разноцветно-синем платье, не в том положении, не с тем выражением, но на той самой высоте красоты, на которой она была уловлена художником на портрете. Она была менее блестяща в действительности, но зато в живой было и что-то такое новое привлекательное, чего не было на портрете.
Очевидно Толстой любуется своей Анной и любит её. Решающее слово здесь – это победительный взгляд. Я думаю, что всех этих женщин объединяет чувства победительности, непревзойденности, чувство собственного достоинства, уверенности в себе. Сознание своей привлекательности, раскованность и раскрепощенность движений. В этих женщинах каким то образом раскрывается вся женская природа. Эти женщины, на мой взгляд, осознают себя и свое тело, осознают всю свою женственность, свою женскую силу любви.
Любовь для этих женщин – это не просто чувство, для них любовь и есть сама жизнь. Они любят полностью отдаваясь этому чувству, любят каждой клеточкой своего тела, и эта любовь наполняет их жизнь смыслом. Особенно сильно мы видим это в Анне Карениной и в Настасье Филипповной.
Эти женщины оказались способными раскрыть в себе подлинную глубину женской природы, энергии, силы. И научились жить в гармонии со своей природой. Эти женщины энергетически-сильные люд с очень сильной эмоциональностью. И это помогло им раскрыть в себе истинную любовь, пережить любовь намного глубже и сильнее, в отличие от того, как это бывает у большинства людей.
И именно по этой причине, на мой взгляд, эти женщины невероятно притягательны для большинства людей. Как обладающие сильным энергетическим фоном, они являются своего рода магнитом для энергетически слабых, «потухших» людей. Они светятся среди людей, как маяк, который освещает в непогоду путь в родную гавань. И именно поэтому великие русские писатели обращали такое большое внимание на этих женщин. Потому что такие женщины не просто живут в гармонии с природой и постигают любовь. Они учат этому всех людей, с которыми взаимодействуют. Они показывают на своем примере, на что способно человеческое тело, насколько сильные эмоции оно может переживать.
Очевидно, для классиков умение переживать сильные эмоции было очень важной чертой человеческой личности. Писатели хотели запечатлеть в своих работах именно такой образ женщины, может быть, что бы люди, читая эти романы, прислушивались к самим себе, к своему сердцу, и учились улавливать вибрации любви, которые, к сожалению, многими игнорируются.