Благотворительность в России: новый тренд?!
Один из самых богатых людей России Владимир Потанин заявил о том, что передаст свое состояние на благотворительность, оставив трем своим детям лишь некоторый «минимум». Что это такое? Новый тренд в среде российских олигархов? Или это очередная мистификация?
Один из самых богатых людей России Владимир Потанин заявил о том, что передаст свое состояние на благотворительность, оставив трем своим детям лишь некоторый подстраховочный "минимум". Это заявление вызвало немалый резонанс, поскольку речь идет об огромной сумме. По оценке журнала Forbes, в 2009 году она равнялась примерно 2,1 млрд. долларов. Чем руководствовался миллиардер, принимая такое решение, и станет ли оно примером для остальных олигархов?
1. Сколько нужно для счастья? "Капиталы, которые я накопил и которыми я управляю, не должны переходить по наследству, а должны работать на благо общества", - подчеркнул Михаил Потанин в интервью британскому изданию The Financial Times. Он пояснил, что принимает такое решение не только из альтруистических побуждений, но и ради собственных детей, поскольку опасается, что полученные по наследству миллиарды отобьют у них охоту к тому, чтобы прилагать какие-то усилия и добиваться чего-то самим. "Переданный по наследству миллион позволяет человеку получить хорошее образование, устроиться на работу спокойно, без спешки и себя реализовать. Переданный миллиард его убивает, лишает смысла жизни. Я всегда придерживался политики, что дети должны выходить из тени своих родителей, самостоятельно жить и как граждане себя реализовывать. Для поколения моих детей и внуков будут обеспечены комфортное существование, поддержка для получения образования, самореализации и страховка на случай всего остального. Защищенность должна быть именно подстраховочной – дети должны сами чего-то добиться и что-то привнести в свою жизнь", – считает миллиардер.
2. Богатство обязывает. Ощущение ответственности, которую накладывает обладание огромным состоянием, вызывает уважение и вселяет надежду. Именно так относились к богатству крупнейшие русские банкиры и фабриканты XIX века. Большинство из них были потомками купцов-старообрядцев и смотрели на свою деятельность не только, как на источник наживы, но и как на своего рода миссию, возложенную на них Богом или судьбою. К собственному богатству они относились как к некому авансу от Бога, по которому он потребует отчета. Поэтому для большинства русских предпринимателей благотворительность была практически образом жизни, чертой характера.
Такое же отношение к богатству свойственно и для западной цивилизации. "Излишние богатства – это священное бремя, которое накладывает на своего обладателя долг распорядиться им в течение своей жизни так, чтобы эти богатства пошли на пользу обществу", – утверждал в конце XIX века американский филантроп и мультимиллионер Эндрю Карнеги в своем эссе "Евангелие от богатства". Он считал, что стыдно умирать богатым – надо успеть при жизни потратить деньги на добрые дела. Сам он за всю жизнь заработал примерно 400 млн. долл. (130 млрд. в пересчёте на наши дни). При этом в наследство оставил 25 млн., а 350 млн. долл. – раздал.
3. Положительные примеры. Такое отношение к нажитым капиталам на Западе стало почти традиционным. Наиболее обеспеченные люди, как правило, оставляют наследникам лишь необходимый "прожиточный минимум", а большую часть состояния передают на благие дела.
Первый "долларовый" миллиардер Джон Рокфеллер раздал на благотворительные цели до полумиллиарда долларов. Он финансировал, в том числе, основание пары университетов, известного благотворительного фонда и экспедицию в Антарктиду. Его единственный сын унаследовал 460 млн. долл. и, преумножив отцовское состояние, тоже потратил около полумиллиарда на благотворительность, в том числе на строительство здания ООН, Центра Рокфеллера и небоскреба Эмпайр-стейт-билдинг.
Шотландский миллиардер сэр Том Хантер 90% своего состояния, объем которого в 2007 году оценивался более чем в 2,2 млрд. долл. (1,1 миллиарда фунтов стерлингов), передал в благотворительный фонд, основанный им совместно с женой. Миллиардерша из Гонконга Нина Вонг, умершая в 2007 году, завещала свое состояние благотворительному фонду Chinachem Charitable Foundation Ltd, который находится в управлении ее родственников. 46-летний американский миллиардер Николас Берггрюн намерен завещать все свое состояние в размере около 3 млрд. долл. созданному им благотворительному фонду. Бывший сопредседатель сети отелей Hilton Бэррон Хилтон пожертвует 97% своего состояния (2,3 млрд. долл.) гуманитарному фонду Conrad N Hilton Foundation, основанному его отцом.
Самыми крупными благотворителями современности стали американский инвестор Уоррен Баффет и глава Microsoft'a Билл Гейтс. Баффет еще 4 года назад заявил о том, что отдаст на благотворительные цели 85% своего состояния (тогда оно оценивалось в 44 млрд. долл., а сегодня – в 62 млрд.). Билл Гейтс также завещал большую часть своего огромного состояния (58 млрд. долл.) благотворительному фонду, основанному им совместно с женой 10 лет назад. Каждый из троих детей Гейтса унаследует при этом лишь по 10 млн. (не миллиардов!) долларов.
Вообще же, две трети из более чем 10 тысяч благотворительных частных фондов, существующих в США и Западной Европе, созданы на средства, оставленные по завещанию.
4. Российские традиции. В России катаклизмы последнего столетия основательно пошатнули систему нравственных ценностей. Неоднократная смена идеологии и переделы собственности привели к потере нравственных ориентиров. Вряд ли кто сегодня воспринимает всерьез парадные лозунги и демонстративные жесты представителей российской элиты – ведь их реальные поступки свидетельствуют о том, что фактическими ценностями для российского бомонда стали стяжательство, тщеславие, насилие и власть.
По мнению научного руководителя Высшей школы экономики Евгения Ясина, российский крупный бизнес находится еще в состоянии "первобытной жадности". Большинство предпринимателей озабочено лишь созданием или упрочением резервов собственного семейного благополучия и наслаждается обретенными сравнительно недавно властью и богатством. Глобальные проблемы вроде развития российской экономики или борьбы с болезнями интересуют их гораздо меньше, поэтому они предпочитают вкладывать деньги в зарубежные проекты – покупают яхты, недвижимость и спортивные клубы вместо рискованных инвестиций в российские инновации.
Тем не менее, о социальной ответственности бизнеса говорится все чаще. И благотворительными проектами российские предприниматели занимаются с начала 1990-х. Правда, иногда благотворительность становится лишь способом улучшить имидж компании или отношения с властями. Именно в таком аспекте можно, пожалуй, рассматривать поддержку Чукотки Романом Абрамовичем, покупку яиц Фаберже Виктором Вексельбергом или приобретение Алишером Усмановым коллекции русского искусства Мстислава Ростроповича и Галины Вишневской.
5. Частные фонды в России. Однако за последние 15 лет в России было создано немало частных фондов, которые успешно и планомерно занимаются благотворительными проектами в сферах образования, культуры, медицины и т.д. Среди наиболее крупных можно назвать несколько.
Фонд "Вольное дело" (первоначально он назывался "Паритет"). Он создан в 1998 году и формируется из личных средств Олега Дерипаски и отчислений компании "Базэл". Интересы его весьма разнообразны: поддержка науки и талантливой молодежи, материальное обеспечение школ, реабилитация инвалидов, восстановление монастырей и храмов и т.д. Самая масштабная программа фонда – "Храмы России" – обходится ежегодно примерно в 7 млн. долл.
Семейный фонд "Династия", созданный в 2001 году на средства основателя "Вымпелкома" (торговая марка "Билайн") Дмитрия Зимина и членов его семьи, занимается поддержкой фундаментальной науки и образования в России. В этой сфере "Династия" ведет более 20 программ и проектов, общий бюджет которых в 2009 г. достиг 264 млн. рублей.
Фонд "Виктория", учрежденный в 2004 году президентом корпорации "Уралсиб" Николаем Цветковым, помогает детям-сиротам и ведет свою деятельность на территории 42 регионов РФ. Бюджет фонда составляет более 3 млн. долл.
Примерно столько же предоставляет для помощи больным детям, воспитанникам коррекционных и обычных детских домов и интернатов фонд "Абсолют–Помощь", созданный в 2002 году на средства Александра Светакова и его инвестиционной компании "Абсолют".
Председатель совета директоров ЗАО "Ренова" Виктор Вексельберг в 2004 году создал целых два фонда. Один из них – "Связь времен" – занимается возвращением в Россию исторически значимых произведений искусства, находящихся за рубежом (в том числе и яиц Фаберже). Другой фонд – "Добрый век", учрежденный Вексельбергом совместно с женой Мариной, – оказывает поддержку людям с психическими заболеваниями и занимается реформой системы психиатрической помощи.
"Фонд культурных инициатив", учрежденный в 2004 году Михаилом Прохоровым, занимается поддержкой проектов в сфере науки, образования и просвещения, спорта и здоровья, а также художественных инициатив и театральных проектов в Уральском, Сибирском и Дальневосточном федеральных округах. Изначально годовой бюджет Фонда составлял 1 млн. долл., сейчас – более 10 млн.
Помимо таких крупных фондов, существуют и фонды региональные, нередко их учреждают губернаторы регионов или крупные бизнесмены. Например, фонд Александра Хлопонина поддерживает социо-культурные инициативы на территории Таймырского Долгано-Ненецкого Автономного округа. За счет фонда проводятся музыкальные фестивали, организуются стажировки и языковые курсы для педагогов по системе международного бакалавриата.
Фонд, созданный супругой тверского губернатора Дмитрия Зеленина Аллой, оказывает помощь детским домам, ветеранам, инвалидам и другим социально незащищенным категориям населения, участвует в социальных программах областной власти.
Семейный фонд "Начало", учрежденный нижегородским бизнесменом Сергеем Иванушкиным, помогает перспективным и одаренным детям, а также детям-инвалидам и воспитанникам детских домов. Еще одним проектом фонда стал Банк времени, деятельность которого в ближайшее время планируется расширить за пределы Нижегородской области.
6. Благотворительность или милостыня? Столь же солидную историю имеет и благотворительный фонд Владимира Потанина, созданный им в 1999 году и формирующийся из его личных средств и отчислений компании "Интеррос". Фонд занимается поддержкой отечественного образования и культуры и ежегодно выплачивает более 400 грантов и 2300 стипендий талантливым студентам и курсантам, обучающимся в ведущих государственных учебных заведениях России, а также перспективным преподавателям. Кроме того, фонд оказывает поддержку российским музеям, которые предлагают наиболее интересные культурные проекты. Ежегодные благотворительные выплаты фонда составляют порядка 10 млн. долл.
Кроме того, Владимир Потанин перечисляет ежегодно 1 млн. долл. в Фонд Гуггенхайма, управляющего международной сетью музеев и коллекционирующего современное искусство, а с 2003 года возглавляет Попечительский совет Государственного Эрмитажа в Санкт-Петербурге.
В отношении благотворительности президент "Интерроса" весьма последователен и четко отличает ее от милостыни. Благотворительность, по его мнению, – "это не раздача денег, а решение определенных проблем. Деньги являются очень важной составляющей, но они играют лишь роль топлива. Без бензина машина не поедет, но если нет машины – бензин не нужен". Он предпочитает помогать тем, кто "может стать сильным, независимым и начать помогать сам", и его проекты нацелены на достижение результата.
А простая помощь сирым и убогим – это, по его мнению, не благотворительность, а милостыня. "Может, это прозвучит цинично, но я утверждаю, что, когда ты даешь милостыню, ты хочешь, чтобы от тебя отстали, – считает бизнесмен. – Тебя не интересует, что этот человек завтра опять будет просить милостыню. Ты не хочешь или не можешь на это влиять. И добрый человек отличается от добренького тем, что он занимается благотворительностью, а добренький дает милостыню". Правда, как признается Потанин, сирым и убогим он тоже помогает.
При этом благотворительность, по мнению президента "Интерроса" никак не связана с наличием или отсутствием лишних денег. Примечательно, что передать большую часть своего состояния на благие дела он решил после того, как в результате кризиса его капиталы, по оценкам Forbs, уменьшились с 19,3 млрд. до 2,1 млрд. долл. Помимо этого он намерен увеличить ежегодные пожертвования в основанный им фонд с 10 млн. до 25 млн. долл.
"В самом широком смысле благотворительность – это желание любого нормального человека, когда он зарабатывает большие деньги или добивается иной сильной позиции, облагородить жизнь вокруг себя. Когда он обеспечил самого себя и семью, ему хочется облагородить свой двор, поселок. Если он задумался над обучением своих детей, ему хочется, чтобы и другие дети могли учиться. Взобравшись на высокий пьедестал, человек лучше видит мир, в котором он живет. Он прекращает с ним бороться, потому что самореализовался, он задумывается над миром, видит его проблемы, но главное, у него есть ресурс, чтобы дотянуться до них и что-то изменить", – поясняет Владимир Потанин.
7. Бизнес и государство. Свой широкий и знаковый жест Владимир Потанин сделал в условиях, когда отношения между бизнесом и государством отличаются, мягко говоря, нестабильностью. Тезис о "социальной ответственности" бизнеса сегодня воспринимается скорее, как угроза, чем как попытка воздействовать на лучшие чувства бизнесменов. Поэтому многие эксперты высказывают мнение, что заявление главы "Интерроса", помимо альтруистических или воспитательных целей, может быть направлено также на получение "гарантий безопасности" от государства и на улучшение имиджа в свете подготовки к выводу на биржу принадлежащего Потанину холдинга "Проф-Медиа". Скептики указывают, что свое решение президент "Интерроса" намерен осуществить лишь через 10 лет, что для России с ее нестабильностью равносильно веку или тысячелетию. Непонятны также и дальнейшие планы олигарха – чем он собирается заняться после того, как расстанется с состоянием.
Однако при всем этом нельзя не признать, что заявление Потанина улучшает не только его личный имидж, но и реноме России. Этот жест свидетельствует о том, что русские олигархи способны руководствоваться в своих поступках не только личной выгодой или любовью к роскоши, но и таким экзотическим в последнее время для России понятием, как общественное благо.
Ни для кого не секрет, что формирование капиталов многих современных российских предпринимателей носило полукриминальный характер. Поэтому образ бизнесмена в российском обществе сложился скорее отрицательный, чему способствуют и громкие скандалы, связанные с нашими олигархами и их детьми. О них пресса сообщает гораздо чаще и подробнее, чем о той же благотворительности. Не удивительно, что даже благие порывы и поступки российских предпринимателей воспринимаются с большой долей сарказма и недоверия.
Возможно, постоянная и последовательная благотворительная деятельность российских предпринимателей, в том числе и Владимира Потанина, а также его четко выраженное понимание социальной ответственности бизнеса, с одной стороны, послужат примером, а с другой – помогут изменить негативное отношение к бизнесу со стороны общества и улучшить взаимоотношения бизнеса и государства.
По мнению Владимира Потанина, бизнес существует не только ради личной наживы, но и служит своего рода общественной копилкой: генерирует и аккумулирует денежные средства для развития общества. "Люди, которые воспользовались своим шансом и разбогатели, должны понимать, что общество от них этого ждет. Если бизнес этого не делает, рассуждает оно, то зачем он нужен?", – пояснял Потанин еще в 2007 году. Дополнительные социальные расходы бизнеса он считает не благотворительностью, а обязанностью, помогающей поддерживать баланс в обществе. По его мнению, на данном этапе у государства недостаточно сил, чтобы решить проблемы своих граждан, и потому оно вправе требовать помощи от бизнеса.
Такая позиция вызывает уважение. До сих пор Потанин четко ей следовал. А вдруг и насчет наследства он тоже всерьез? Сегодня, когда повсюду натыкаешься на цинизм и стяжательство, надеяться остается только на это "вдруг".