Анна Шатилова: «За мой стиль вступился сам Брежнев…»
Долгие годы Анна ШАТИЛОВА была главным диктором Советского Союза: вела программу «Время», трансляции праздничных парадов с Красной площади, «Голубые огоньки»… Интеллигентную, обаятельную и удивительно красивую женщину, ее справедливо называют символом той эпохи: модницы всей страны с удовольствием копировали прически и наряды любимой телеведущей.
Несмотря на свои 70 с хвостиком, Анна Николаевна по-прежнему неподражаема
и полна энергии.
Со знаменитой телеведущей корреспондент «КВ» пообщался в минувшую субботу на симферопольском стадионе «Фиолент» во время футбольного шоу — товарищеского матча между сборной звезд Х Международного Ялтинского телекинофорума «Вместе» и командой правительства автономии…
— Анна Николаевна, вы так активно болеете, чувствуется большой стаж в этом деле…
— Скажу честно: до этого на стадионе в последний раз была лет двадцать назад. А вот раньше, особенно по молодости, часто ходила и на футбол, и на хоккей — очень азартной болельщицей была…
— У вас есть любимая команда?
— Сейчас нет, в советские же годы симпатизировала футбольному ЦСКА — всех игроков по фамилиям знала, многих — лично…
— Наверное, с особым удовольствием сообщали зрителям об успехах любимой команды…
— Знаете, это ведь только в конце 70-х в программе «Время» появились спортивные комментаторы, до этого (еще на Шаболовке) спортивные новости читали дикторы. Радовалась победам не только армейцев, но всего советского спорта: сообщать об успехах наших соотечественников на Олимпиадах, чемпионатах мира и Европы — это было действительно огромное удовольствие. Хотя даже в спортивных новостях особо проявлять эмоции нам не позволялось. Кстати, по понедельникам я еще вела и чисто спортивную программу «Голы, очки, секунды». Спортивный ритм — он ведь совсем другой, поэтому приходилось читать очень быстро, чтобы уложиться в отведенное эфирное время и при этом успеть рассказать обо всем. Хорошая была программа, я с удовольствием в ней работала.
— В сегодняшнем матче болеете за «форумчан»?
— Пожалуй, за хороший футбол. Это ведь шоу (улыбается). Игра, между прочим, зрелищная: много азарта и на поле, и на трибунах (завершилась она, как и подобает шоу, вничью — 2:2. — Ред.).
— В Крым вас пригласили в качестве ведущей юбилейного, Х Международного Ялтинского телекинофорума «Вместе». Но поговаривают, вы настояли, чтобы вас включили еще и в жюри конкурса…
— Все верно. Не могу же я просто так прохлаждаться в Ялте, когда коллеги работают (смеется). Кроме того, я еще решила поучаствовать в круглом столе «Чехов и театр нашей жизни», во встречах с крымскими журналистами, в симпозиуме по проблемам русского языка, который пройдет в Ливадийском дворце…
— Вас считают одной из главных хранительниц настоящего русского языка. Признайтесь, сильно злитесь, когда слышите сейчас в эфире безграмотную речь?
— Ужасно злюсь! Даже у дикторов куча ошибок. Пренебрежение к русскому языку полное. Раньше люди, выходя в эфир на всю страну, очень ответственно подходили к слову. Листочки с крупными буквами висели на стенах студии. Нам в дикторский отдел постоянно звонили артисты и политобозреватели, потому что знали, что у нас полно словарей. А сейчас ведущая одного шоу, которая каждый день в эфире (не буду называть ее фамилию), вместо слова «будет» всегда говорит «буит». А что дикторы творят с числительными! Про нынешние телесериалы я вообще молчу: большинство актеров совершенно безграмотны, такое ощущение, что они даже общеобразовательную школу не закончили.
— Наверное, последние революционные изменения в русском языке вам тоже не по сердцу…
— Я слышала, что официально утверждены четыре новых словаря, написанных совершенно никому не известными авторами, благодаря чему ряд безграмотных произношений теперь признан нормой. Я не вникала в сущность реформ, потому как не поддерживаю их. Для меня библией русского языка всегда был и навсегда останется «Словарь ударений для работников радио и телевидения». Я читала мнение одного известного профессора филологии, который считает, что официальный язык должен подстраиваться под то, как говорит народ. Это совершенно неверная позиция. Нужно не подстраиваться под безграмотность, а повышать общий уровень культуры, в том числе владения языком.
— Как встретил вас Крым?
— Замечательно! Отличная погода, благоустроенная Ялта, очень гостеприимные хозяева. Скажу честно: в Крыму я всего второй раз в жизни. Первый был очень давно — еще в 1970 году, т. е. почти сорок лет назад.
— В это трудно поверить…
— Юг всегда был табу для дикторов Центрального телевидения: не дай Бог, загоришь (а загоришь ведь обязательно!) и потом в кадре «неправильно» выглядеть будешь. Это ЧП. Наша частная жизнь всегда была под микроскопом — и органов, и зрителей. Помню, Игорь Кириллов на Новый год лишнюю рюмку себе позволил, так потом его даже в Политбюро вызывали… Контроль был жесточайшим,
так что Крыма для нас, увы, просто не существовало (улыбается).
— Наверное, именно поэтому дикторы Центрального телевидения казались зрителям небожителями…
— Да уж, небожители (смеется). Поначалу даже грим себе сами накладывали — на телевидении ни гримеров, ни парикмахеров не было. И одевались кто во что горазд. Раз в три года на это выделяли по 200 рублей на человека. Одно время стали возить нас куда-то на склад в ГУМ. Но выбор и там был невелик, и получалось, что мы все одно и то же покупали. Что мы только не придумывали. Блузки даже задом наперед надевали — вчера был английский воротник, сегодня стоечка. Наловчились. Шили наряды из дешевого ситчика — зарплаты-то были небольшие. Помню, как нас оскорбило предложение Дома моды на Кузнецком мосту выходить в эфир в их костюмах с титрами «Одежда предоставлена…». А теперь это никого не шокирует.
— Раз уж речь зашла об одежде, оттуда у вас этот стиль — белые воротнички, шарфики, галстуки?
— А еще красные пиджаки (смеется). Я целый год вела на японском телевидении передачу «Говорите по-русски». Это был глоток свободы — можно было не заботиться о недремлющем оке цензора: смеяться в кадре, говорить экспромтом и даже фантазировать в нарядах. Конечно, не все наряды японского периода я могла надеть на эфир в Союзе, но стиль остался, хотя поначалу не всем это нравилось — лишь комплимент Леонида Ильича Брежнева заставил телевизионное начальство смириться с моим новым образом.
— А что это за невероятная история о том, как вы отказывались озвучивать в эфире информацию о павловском обмене денег в 1991-м?
— Да уж. Была история (смеется). Я даже не знала, о чем та информация. Просто перегорела сигнальная лампочка в студии, я не поняла, что микрофон включен, и наши переговоры с режиссером услышала вся страна. Это, конечно, было ЧП. Потом, правда, прошел слух, что у меня дома лежала куча денег в купюрах достоинством 50 и 100 рублей и, увидев текст об их обмене, я просто упала в обморок и оборвала в студии шнур. Чего только люди не выдумают.
— Это правда, что главный диктор СССР был беспартийным человеком?
— Вы знаете, правда. Я даже сама удивляюсь, как вездесущие органы это допустили (смеется).
— Зато эти же органы не пощадили вас в 1991-м…
— Я знаю, что нас с Игорем Кирилловым за глаза называют «жертвами ГКЧП»: мол, после провала путча программу «Время», являвшуюся рупором «гекачепистов», по указанию Ельцина закрыли и нас обоих уволили. Это не так: просто телевидение стало меняться, на нем появились новые лица. А нас с Игорем никто не увольнял: мы еще долго работали за кадром — консультантами, и только потом ушли на пенсию.
— Тем не менее на пенсии без дела вы тоже не сидите…
— Конечно, я хорошая бабушка для своих внуков (смеется). А еще с удовольствием участвую в разного рода фестивалях, телевизионных ток-шоу, творческих встречах. Рада, что меня по-прежнему приглашают вести трансляции парадов с Красной площади. Работа — это то, что помогает чувствовать себя в жизни нужным.
Анна ШАТИЛОВА. Родилась 26 ноября 1938 года в Москве. Окончила филологический факультет МГУ. С 1962 по 1991 год работала диктором Центрального телевидения СССР (вела программы «Время», «Голубой огонек», трансляции праздничных парадов с Красной площади и т. д.). В роли самой себя снялась в фильмах «Частный детектив, или Операция «Кооперация» и «Зависть богов». Народная артистка России. Сын Кирилл — лингвист, работает в зарубежной фирме. Воспитывает двоих внуков. Живет в Москве.