1 декабря 2016 семнадцатилетня я Саратовская школьница прыгнула с моста Саратов- Энгельс. И это далеко не первый подростковый суицид в Саратове и не в Саратове тоже. Такие события несомненно вызывают общественный резонанс, не оставляя равнодушным никого. В обсуждениях так или иначе речь выходит на обсужление групп в социальных сетях, групп, участие в которых для некоторых подростков оказывалось смертельным.
Летом 2016 рунет облетела статья Галины Мурсалиевой в "Новой газете", которую позже назовут "истеричной", чуть ли не постановочной, тема групп смерти, "Киты плывут вверх, "Море китов", "Белый кит", Безлимитный трафик", "Разбуди меня в 4:20", "Тихий дом" активно обсуждалась на телевидении и в социальных сетях, ряд подозреваемых лиц находятся под следствием.
Но адский механизм запущен. Группы закрываются, сайты блокируются, а подростки продолжают умирать. Снимают пальто или куртку и делают шаг, последний шаг. Шаг туда, где, как они считают им будет лучше.
Тема обсуждалась и обсуждается, но ситуацию в настоящий момент нельзя назвать контролируемой.
Подростковый период - непростой этап для самого взрослеющего ребенка и его родителей. Весьма сложным бывает найти золотую середину между доверием и контролем. Некоторые родители вынуждают своих детей давать читать их личную переписку и "мониторят" странички социальных сетей. Некоторые сожительствуют с ребенокм на одной территории, спрашивают дневник с оценками и дают нагоняй за бардак, двойки и сидение за компьютером/с планшетом/с телефоном. Потенциально, на мой личный взгляд, и те и другие могут однажды найти только куртку ребенка, даже без предсмертной записки, приблизительно с одинаковой вероятностью.
Надо сказать, что школьные психологи, центры здоровья, ПНД трудятся, распространяя информацию о признаках суидидального поведения и это очень важная работа. А еще более важная работа и титанический труд - это выстраивать и поддерживать доверительные отношения с ребенком, даже тогда, когда это кажется практически невыполнимо. Методы влияния, которые применяются в группах смерти до безобразия безошибочно попадают цель подросткового страдания.
"Тебя предали друзья?"
"Часто слушаешь грустную музыку?"
" Тогда подписывайся на "киты плывут вверх"
"Может быть я не хочу жить в мире, в котором нет места для нежности".
А дальше отлаженный механизм изощренного надавливания на интерес, желание принадлежать некому сообществу с таинственной символикой, заданиями-квест ами, с возможностью исключения, "внимательность " к проблемам, псевдоподдержка , хронический недосып, такие же как ты. а до намеченной кем-то даты все меньше и меньше дней.
Я не думаю, что родители погибших детей были преступно безразличными, моральными тиранами или прочее. Но считаю,что микропризнаки изменений в поведении и эмоциональном состоянии ребенка были и родители отмечают их постфактум.
Что это может быть?
Это любого рода перемены: снижение успеваемости в школе, утрата (ослабление) контактов, появление новых, могут быть изменения внешности (выбор одежды, прическа, макияж у девушек, неопрятность, перемены внешности у юношей, тату, шрамирование. пирсинг)
изменения пищевого поведения (девушки воспринимают себя слишком полными, становятся избирательными в еде, может быть снижение аппетита).
выполняя "задания" или просто "за компанию, из интереса", подростки начинают "царапаться" - наносят неглубокие порезы на руках и ногах. Конечно, раздевать ребенка, как в психиатрическом стационаре и досконально осматривать тело ребенка это чересчур (на определнном этапе), но если такие порезы случаются - на это обязательно нужно обращать внимание. Организаторы групп смерти, а может и их последователи стимулировали подростков выкладывать в сеть фото с изрезанными конечностями как подтверждение,ч то он (подросток) достоен перейти на более высокий уровень - ближе ко дню суицида.
Ребенок погружается в виртуальный мир, проводит много времени в социальных сетях. Это происходит, если мир реальный проигрывает по насыщенности и эмоциональному отклику, если хочется сбежать от проблем и навалившихся трудностей. В одной из групп время общения переносилось на раннии утренние часы с 4.20 до 6.00, когда родители спят. И основным внешним проявлением была сонливость у ребенка днем вследствие хронического недосыпа.
В классике ребенок (подросток) готовящейся к суициду (группа импульсивных суицидов это совершенно другая история) может пытаться наладить отношения, говорить с кем-то из окружения по - особому, писать предсмертные записки. "Выпускники школ смерти" часто вели себя по-другому, потому как воспринимали ситуацию в контексте навязанного образа, продукта чьего-то болезненного сознания.
Так все-таки может быть у ребенка личное пространство в социальной сети? Может. Может, если ребенок живет в нашем мире, если ему есть,чем тут заняться, если он ТУТ решает свои задачи возраста, если у ребенка и родителей есть отношения кроме вопросов школы и жизнеобеспечени я. В случае, когда возникают какие-то перемены, когда ребенок уходит от общения, выявляются какие-то из обозначенных или необозначенных симптомов, тогда речь идет не о личном пространстве, а о жизни и смерти. А тут все средства хороши.